Путин и общество
21 октября 2019 г.
Нынешняя революционная ситуация прививается России искусственно
5 АВГУСТА 2019, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН



Если вспомнить первый московский несогласованный митинг нынешней протестной волны, который состоялся в Новопушкинском сквере 14 июля, то тогда многим экспертам и обозревателям бросились в глаза невозмутимость и хладнокровие московских властей. Напомню, что задержания в тот день начались возле Мосгоризбиркома уже поздно вечером, носили дозированной характер и никакой особой свирепостью не отличались. А до этого колонне оппозиционеров дали совершенно спокойно прошествовать по Тверской, помитинговать возле мэрии и встать веселым табором в закутке под окнами Мосгоризбиркома. При этом колонна постоянно скандировала жесткие оппозиционные лозунги, лидеры-кандидаты время от времени выступали с пламенными речами, а сопровождавший протестующих немногочисленный полицейский отряд выглядел скорее эскортом, чем инструментом пресечения и подавления. Но прошло всего две недели, и мы стали свидетелями совершенно иной картины.

В промежуток между акциями 14 и 27 июля вклинился двадцатитысячный согласованный митинг на проспекте Сахарова, который, несмотря на сомнения многих активистов (стоит ли опять идти в «загон»?), ситуацию очевидным образом разогрел. Разгоны демонстраций 27 июля и 3 августа беспрецедентны по своей агрессивности и жестокости. Ничего подобного мы никогда не видели. Ваш покорный слуга пропустил не так много уличных оппозиционных мероприятий, которые за последние более чем десять лет прошли в Москве. Они, конечно, были разными по степени жесткости со стороны правоохранительных органов, но, в целом, полиция обычно старалась излишней свирепости не проявлять. А уже в отделах, после задержаний, атмосфера чаще всего была даже вполне миролюбивая — в «обезьянники», как правило, не запихивали — размещали по «ленинским комнатам», отпускали покурить на улицу, общались обычно спокойно и вежливо, силу практически никогда не применяли, а телефоны отбирали крайне редко. Разумеется, случалось и по-другому. Но это были все же исключения из общей картины…

Все это позволяет предположить, что варварское поведение отечественных силовиков из разных ведомств на последних двух акциях — результат прямого приказа, часть зловещего плана. Очевидно, что власти совершенно намеренно пошли на эскалацию ситуации. Две с половиной тысячи задержанных за два субботних дня, мелькающие дубинки при разгонах, чудовищное озверение силовиков, практически все фронтмены кампании, независимые кандидаты в Мосгордуму, за решеткой, целый пучок уголовных дел, по оному из которых уже есть арестованные на два месяца. И все эта карательная операция уложилась в неделю между 27 июля и 3 августа. В таком контексте первоначальное «миролюбие» правоохранителей, вся эта благостная картина «полиция с народом» выглядит уже частью вполне осознанной стратегии, целью которой было перехитрить врага, выманить его из траншей, а потом скосить пулеметным огнем.

Почему спецоперацию по разгрому российской оппозиции решили провести именно сейчас? Во-первых, в Администрации президента увидели, что значительная часть московской общественности отнеслась к выборам в Мосгордуму вполне серьезно. То есть уже на старте считывался некий потенциал для разогрева протестной активности. (А без него кого репрессировать?) Во-вторых, кремлевские стратеги посчитали, что правильнее разгромить оппозицию до того, как ситуация в стране станет совсем тяжелой, что грозит по-настоящему массовым неуправляемым выходом людей на улицы в самых разных городах. Поэтому и решено было нанести превентивный удар. Но нынешние кремлевские стратеги — не отличники. Судя по всему, в общественных процессах они понимают не слишком много.

При правильном и точном регулировании повестки протестная волна в условиях даже жесткого давления набирает мощь, а не теряет ее. Изолирование лидеров не снижает накал, а скорее наоборот. Тезис «мы сейчас посадим основных, а остальные сами разбегутся по углам» глупый и наивный. На авансцене национального протеста появилась молодежь, которую, похоже, запугать довольно сложно. Третьего августа я отчетливо увидел резкую перемену в настроениях демонстрантов. Если за неделю до этого шествие по Москве в те моменты, когда на людей не набрасывались людоеды, местами напоминало карнавал, то уже в минувшую субботу от этой веселой легкости не осталось и следа. В каждом высказывании, в каждом выкрике читалась ярость, негодование и решительность. И при всем при том это было абсолютно мирное шествие, а бесчинства силовиков выглядели спланированной провокацией. Похоже, многозвездным генералам важно было в тот день продемонстрировать главному начальнику правильность курса на жестокое подавление гражданских выступлений.

Произошло и вполне ожидаемое смещение протестной повестки в сторону очевидной радикализации. И вот уже по Старому Арбату идет колонна молодежи за растяжкой, на которой написано: «Свободу политзаключенным». Решительно невозможно представить себе такой лозунг в руках молодых людей еще месяц назад. Но дело в том, что теперь политзаключенные — это их друзья и близкие и сами они в любой момент могут оказаться в руках безжалостного кровожадного монстра.

Сегодня очевидно одно: теперь эскалация неизбежна и будет только нарастать с непредсказуемыми пока последствиями. Если во власти еще остались люди, способные трезво и компетентно оценивать ситуацию, то они должны во избежание совсем плохой развязки, этот репрессивный каток притормозить.

Фото: страница автора в Facebook

Видео: Запрещённый митинг 3 августа 2019 года/Forbidden meeting on August 3, 2019 in Moscow.
Видеоблог Евгения ШМУКЛЕРА.












  • Николай Сванидзе: Это прямая угроза обществу: не выходить на улицу, не поднимать глаз, стоять — бояться.

  • "Коммерсант": Общественность отбивает одних фигурантов, правоохранители возбуждают дела против других

  • Ivan Babitski: Россией правят люди... жестокие без решительности, хитрые без ума... Выбрать себе настолько безупречную жертву, как Котов, чтобы продемонстрировать всем подчёркнуто бессмысленную жестокость...

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Плевок
15 ОКТЯБРЯ 2019 // ГЕОРГИЙ САТАРОВ
Это всем нам. В лицо, смачно, глумливо, с чувством полной безнаказанности. Даже не плюнули, а харкнули. И ждут, что мы скажем спасибо, что пока не «размазали нашу печень по асфальту», как обещал милейший Песков. Плюнули учителям, политологам, членам РАН, юристам, студентам, актерам, затаившимся в коридорах власти системным либералам, благодаря которым, как гласит молва, мы наблюдали недавно легкое ослабление бульдожьей хватки Левиафана. Абсурдные, антиправовые, мстительные приговоры пошли по всей стране. Теперь невиновные в судах получают больше, чем убийцы, насильники и коррупционеры. И все только ради того, чтобы они могли спать немного спокойнее.
Прямая речь
15 ОКТЯБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Это прямая угроза обществу: не выходить на улицу, не поднимать глаз, стоять — бояться.
В СМИ
15 ОКТЯБРЯ 2019
"Коммерсант": Общественность отбивает одних фигурантов, правоохранители возбуждают дела против других
В блогах
15 ОКТЯБРЯ 2019
Ivan Babitski: Россией правят люди... жестокие без решительности, хитрые без ума... Выбрать себе настолько безупречную жертву, как Котов, чтобы продемонстрировать всем подчёркнуто бессмысленную жестокость...
Путинская оттепель с метелью и обморожениями
9 ОКТЯБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
«У вас там что, оттепель?» — с этого вопроса начинают интервью практически все иностранные корреспонденты, интересующиеся тем, что происходит в России. В ответ на недоуменное пожатие плеч зарубежные коллеги настаивают: «Ну, вот же Голунова освободили, Устинов на свободе. А Мосгорсуд отменил приговор фигуранту “Нового величия” Павлу Ребровскому и отпустил его под подписку. Оттепель же!». Дьявол, как обычно, в деталях, а путинская оттепель при ближайшем рассмотрении… Впрочем, по порядку. Павел Ребровский заключил досудебное соглашение со следствием и дал показания против других обвиняемых по делу «Нового величия», так как поддался на шантаж следователя...
Прямая речь
9 ОКТЯБРЯ 2019
Леонид Гозман: Это никакая не «оттепель». Когда говорят об оттепели, подразумевают осознанную политику.
В СМИ
9 ОКТЯБРЯ 2019
Общая газета: Московская полиция через суд намерена отсудить у Алексея Навального и других оппозиционеров 18 млн рублей из-за протестных акций, которые прошли в столице в июле и августе.
В блогах
9 ОКТЯБРЯ 2019
Кирилл Еськов: Именно так и поступали в НАЦИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ: семье казненного присылали счет за _услуги_ палача плюс стоимость веревки.
Суд в Ростове вовсе не показательный, а вполне типичный
7 ОКТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую пятницу Ростовский областной суд приговорил двух фигурантов дела о «подготовке к организации массовых беспорядков и участию в них» к шести с половиной годам лишения свободы. Следующие несколько лет, если апелляционная инстанция не встанет на сторону осужденных (так и хочется написать — «пострадавших»), Владислав Мордасов и Ян Сидоров проведут в заключении. Их «сообщник» Вячеслав Шамшин получил три года условно. Сразу надо оговориться, что беспрецедентным в этом деле, которое длилось без малого два года, является только жестокость наказание.
Прямая речь
7 ОКТЯБРЯ 2019
Зоя Светова: В московских СМИ внимания к этому делу было мало, хотя Ростов-на-Дону не так далеко, мы видим, что о деле самой Шевченко говорили много с самого начала, и, может быть, это ей помогло.