Что делать?
05 апреля 2020 г.
Полиция и суд - зеркало наших нравов
16 ДЕКАБРЯ 2019, ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

ТАСС

Дайджест по  книге Водолеева Г., и  Сидоренко  С. «Закон и правосудие» подготовил  Владимир Берман


Мораль типичного полицейского в  любом государстве  зависит от нравственных норм большинства граждан. В обществах, где люди предпочитают разбираться между собой внесудебными, внеправовыми средствами, и полицейские предпочитают следовать этой традиции. Там в полицию без серьезных связей в органах власти, без взяток обращаться  не только бесполезно, но и опасно.

Авторы обсуждаемой  книги, анализируя работу полиции  стран, которые нельзя отнести к демократическим и развитым, отмечают, что там обычно полицейский взимает регулярную  дань с лиц, занятых на территории его обслуживания каким-либо бизнесом. Поборы с тех, кто занят  запрещенной деятельностью значительно больше. В поборы могут входить как бесплатные обеды в ресторане с выпивкой, услуги проституток, так и  процент с дохода. Дань платится  в обмен на покровительство, терпимое отношение к противозаконным промыслам, за предупреждения о проверках, иную помощь. Поборы  полиции -  постоянная статья расходов. Они повышают стоимость  товаров и услуг, то есть  перекладываются на  потребителей.

По мнению авторов, зависимость от расположения полицейских начальников стала одним из самых опасных факторов риска и для российских предпринимателей. В современной России ни один коммерческий банк не создается, если среди его учредителей или покровителей нет высших чинов  правоохранительных ведомств. Предприниматели знают, что у нас нельзя вести бизнес, не платя дань полиции и другим надзирающим органам.

Если в людях отсутствует уважение к законам, то практически каждый член общества – потенциальный клиент полиции, заключенный, число которых определяется мощностью полицейских подразделений, судов, конвойных войск, числом мест в  местах заключения. Это особенно характерно для стран, где «элита», то есть правящая бюрократия представляет собой фундамент авторитарного режима и присваивает себе большую часть  общественного продукта, оставляя всем остальным жителям крохи. В таких обществах неизбежной нормой становятся насилие и репрессии. У «элит» складывается преимущественно «силовой» тип мышления: издать как можно больше запрещающих и карательных законов,  ужесточить всевозможные санкции, а лучше – чаще сажать и  расстреливать. Финансируются эти деяния всегда охотнее, чем развитие образования и культуры. 

Для налогоплательщиков таких государств содержание полиции и других правоохранительных органов  не гарантирует безопасности. В нужный момент можно не получить помощи. Приходится содержать  частных охранников на собственном предприятии или в подъезде  своего дома.

* * *

Россия – мировой лидер по уровню коррумпированности чиновничества, численность которого по сравнению с советским периодом истории увеличилась не менее чем в три раза. Наша полиция и бюрократия самым опасным образом вредят российскому обществу  еще и тем, что фактически отбирают в деловую сферу страны  криминализованных предпринимателей.

Желающих установить доверительные, дружеские отношения с сотрудниками полиции, полицейскими полковниками и генералами - множество. Ведь у  полиции - серьезные властные полномочия, больше чем у иных государственных органов. Многомиллионные особняки  российских полицейских генералов построены отнюдь не за счет заработной платы. Это выраженные в чемоданах денег  «знаки внимания» статусных «друзей». Этот коррупционный доход полицейских многократно превышают их должностные оклады за годы службы. Не остаются в накладе и  полицейские чином пониже. Руководители оперативных подразделений среднего звена имеют неформальные «доплаты» за выполнение вполне конкретных просьб предпринимателей и финансистов. Да и рядовые полицейские, например сотрудники ГБДД, не прочь собирать дань с простых граждан. Деятельность  стражей правопорядка (даже без учета затрат на частные охранные структуры, на службы безопасности корпораций и банков) обходятся нашему обществу в суммы, превосходящие бюджетное финансирование полиции в несколько  раз. Это - одна из причин нищеты десятков миллионов россиян.

За истекшие после начала рыночных реформ годы в России не было принято ни одного пригодного к работе антикоррупционного закона. Не было предпринято  ни одной попытки мобилизовать и организовать работу правоохранительных органов для борьбы с  коррупцией во власти. Финансовые махинации с ущербом налогоплательщикам на сотни миллиардов долларов – дело рук армии отечественных коррупционеров во власти или сотрудничающих с властью. Это говорит, прежде всего, о мафиозной природе нашей «элиты», о господствующей в ее рядах морали. 

Редкие судебные процессы над казнокрадами не могут ввести в заблуждение. Коррупционными отношениями практически повязаны все представители власти, имущественная декларация любого чиновника – всегда неполная, он висит на крючке. Поэтому  приговоры, выносимые  «карманными» судами даже министрам и губернаторам, делаются  лишь для острастки остальным, чтобы те соблюдали лояльность авторитарной власти. Естественно, такая борьба правоохранительных органов с коррупцией никакого впечатления на коррупционеров не производит. Те, кто пробился на высокие  должности в структурах власти, кровно заинтересованы именно в том, чтобы эта борьба  и в дальнейшем оставалась бы  показушной.

Отсутствие системной борьбы правоохранительных органов с тотальной коррупцией, прежде всего – на высших уровнях федеральной и региональной власти, оборачивается огромными хищениями, сумма которых  по оценкам ряда экономистов,  превышают годовой бюджет страны.  Украденные капиталы вывозятся в офшоры и развитые страны, куда  переезжают жить семьи многих чиновников. Россия превращается в колонию. Это сводит на нет  перспективы развития отечественной экономики, повышения жизненного уровня россиян. 

В отношении представителей высшего уровня  власти, при любых их правонарушениях,   полиция бессильна. И не только из-за жесткого предупреждения генералами своих подчиненных не заниматься  преследованием высокопоставленных должностных лиц, но и в силу различных охранительных документов и законов, обеспечивающих иммунитет от преследования. При этом именно в среде высокопоставленных должностных лиц совершаются самые опасные и разрушительные для государства и общества хищения. По сути, в России сложился механизм тотального хищничества, главными участниками которого стали структуры бизнеса, банки, практически все правоохранители, чиновничество, законодатели. Правоохранительные органы фактически заняты  обслуживанием интересов исключительно власть имущих, собственников  корпораций  - в ущерб всему остальному населению страны. 

* * *

Авторы книги замечают, что почти в любой служивой среде всегда преобладают люди корыстные, карьеристы – притворщики, лицемеры, лицедеи, громогласно клявшиеся по любому поводу в своей преданности интересам нации, государства, выдавая свою буйную карьерную, стяжательскую суету за истовое служение. Распевая хвалебные песни и здравницы в честь своих начальников и начальников этих начальников на бесчисленных фуршетах, такие «служители отечества» в избытке  и в правоохранительных ведомствах.

Полиция многих стран не в состоянии  эффективно бороться против наркомафии, прежде всего потому, что генералитет этих правоохранительных органов входит в тот привилегированный социальный слой, к которому принадлежит подавляющее большинство главарей наркомафии вместе с водочными и табачными «королями». Они же являются  «спонсорами» политиков, церквей, лечебных учреждений, спорта, детских домов, а в ряде случаев и тюрем. Бессилие полиции против организованной преступности, прежде всего в сферах наркоторговли, контрабанды оружия, антиквариата, наркотраффика во многом происходит от того, что спецслужбы активно сотрудничают со структурами организованной преступности, используя их возможности для реализации долгосрочных планов по подрыву экономики и военного потенциала своих геополитических противников. Сотрудничество такого рода сопровождается защитой главарей наркомафии от полиции на очень высоком уровне власти. 

* * *

Причиной того, что полицию не удается  сделать полностью социально полезным институтом, является технология карьерной селекции кадров. Девять десятых успешных карьер в полиции делаются только в карьерных группировках: от обычных дружеских компаний действительно способных профессионалов, помогающих друг другу по случаю, до группировок тех, кто одержим только карьерными целями и специализируется на своекорыстных услугах должностным лицам и влиятельным собственникам. Именно участники группировок тех, кто одержим карьерными целями, почти стопроцентно заполняет высшие должности – до генеральских уровней включительно. 

Ведущими мотивами их деятельности не являются нужды и проблемы полиции. Их основными заботами были и остаются обеспечение интересов вышестоящих руководителей, глав территориальных администраций, удачное «вписывание» в политические акции по требованиям авторитарной власти. Они озабочены выполнением просьб и обращений ближайшего «дружеского» окружения. Это превращает полицейские структуры в средство обслуживания преимущественно интересов командного состава, их семейных нужд, интересов руководящих политиков, близких капитанов бизнеса, иных лично полезных социально значимых лиц. Такой  алгоритм «служебной» деятельности большинства высших милицейских чинов неистребим  до тех пор, пока не будет изменена система оценки и контроля работы правоохранительных органов. 

* * *

Авторы указывают на особую опасность для государства и общества сложившегося  крайне неблагополучного положения в судебной системе. Неправосудное судопроизводство в России -  не только следствие зависимости судебной системы от органов исполнительной власти. Сами члены судейского сообщества проявляют интерес к получению солидной мзды, сами включаются в процессы передела собственности. Такие судьи  устраивают исполнительную власть и полукриминальный российский бизнес, ведь  с ними легко договориться на взаимовыгодных условиях. Гарантии неприкосновенности судей без гарантии их высокого нравственного уровня сыграли с нашим государством и обществом злую шутку: скорость и степень коррумпированности судей превзошли эти процессы даже в полиции и прокуратуре. Расценки же на коррумпированные услуги в сфере судопроизводства теперь выше, чем у всех прочих правоохранителей. Отъем собственности «по закону» - ныне, пожалуй, самый доходный криминальный правовой произвол, который по карману либо только мощным финансово-промышленным корпорациям либо государственным силовым ведомствам.

Выводы авторов однозначны и жестки. Многомиллионная российская бюрократия занимается казнокрадством, взяточничеством, а кое-где и банальным воровством. Власть все это вполне принимает: трусливое, вороватое, кругом опаскудившее чиновничество – отличный инструмент управления нынешними «демократическими процедурами» формирования и наполнения органов власти и управления обществом своими людьми. Это – тот самый административный ресурс, который в практике «государственного строительства» эффективнее даже серьезных финансовых средств. 

Потому-то коррупция для нынешнего авторитарного политического режима не объект атаки на уничтожение, а  наоборот – единственная возможность сохранить верховенство над бюрократией, с помощью которой еще  что-то и кое-как можно делать. 

* * *

Период истории России, когда полиции и судам, подобно средневековым завоевателям, дозволено безнаказанно грабить жителей  взятого штурмом города, должен когда-либо закончиться. Авторы надеяться, что тогда и найдутся достойные люди  в правоохранительных органах. Вопрос в том – появится ли на высших уровнях политической власти источник политической воли, способный позволить консолидироваться в правоохранительных органах людям, сохранившим совесть, честь и человеческое достоинство? Достанет ли этой власти политической воли, чтобы привести все составляющие российской правоохранительной системы в  состояние, сопоставимое хотя бы с немецким или французским? 

Авторы верят, что при умелой организации процесса санации российской правоохранительной системы можно добиться удовлетворительных результатов в приемлемые сроки. Наряду с реальным разделением властей, политической конкуренцией и контролем представительных органов за работой правоохранительных органов, полезно учредить в последних внутриведомственные контролирующие структуры. Они должны иметь полномочия отстранять скомпрометировавшее себя должностное лицо от занимаемого поста. Тогда благодатная система взаимного доносительства стремительно наберет обороты и запустит технологии самоочищения личного состава силовых ведомств до состояний, когда и в их деятельности и служебной этике проступят  контуры правопорядка.

_____________________________________
Водолеева Г., и  Сидоренко  С. «Закон и правосудие». — СПб.: Издательский Дом «Азбука-классика», 2008.
.

Фото: 08.11.2019. Парад полиции в Ростове-на-Дону в честь Дня сотрудника органов внутренних дел РФ. Валерий Матыцин/ТАСС












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Кому принадлежит заначка?
4 АПРЕЛЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
В стране распространяется пандемия короновируса. А дома кончаются продукты и нет денег их докупить. Ваша компания остановила производство, так как лишилась рабочих, осевших по домам и дачам. Доходов у нее теперь нет, с каких денег платить людям вынужденные отпускные – неясно. А по оценкам экономистов две трети россиян имеют сбережения, которых хватит лишь на месяц самоизоляции. Того и гляди люди, обезумев от голода и плача своих детей, пойдут громить магазины. А кое-кто отправится грабить особняки и квартиры. Есть хочется, а денег нет! Власть эти перспективы понимает? И что же она делает?
Система Путина. Часть 2
1 АПРЕЛЯ 2020 // ДМИТРИЙ ТРАВИН
Вся отмеченная (в первой части статьи) «экзотическая» коррупционная деятельность соединяется со стандартной коррупцией, представляющей собой в России норму жизни. Если для наездов силовики специально отыскивают интересующий их успешный бизнес, а затем уже отнимают его или облагают данью, то в подавляющем большинстве случаев предприниматель должен сам приходить к чиновнику и «подставляться» под коррупцию. Такого рода стандартная процедура оборачивается двумя видами злоупотреблений: взятками и откатами.
Система Путина. Часть 1
31 МАРТА 2020 // ДМИТРИЙ ТРАВИН
В пирамиде Путина нет никакой системы сдержек и противовесов, кроме самого Путина. Ни парламент, ни суд, ни пресса не могут стать по-настоящему серьезным препятствием на пути тех влиятельных групп, которые стремятся любыми способами максимизировать свои доходы. Или, точнее, в обычной ситуации рыночная конкуренция эти доходы ограничивает. Но в том случае, когда влиятельным группам интересов удается встать над конкурентной борьбой, они могут грести деньги лопатой. Формально и для них существует закон, но есть и многочисленные способы этот закон обходить.
Как оценить наши перспективы
26 МАРТА 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Сегодня, если судить по результатам социологических опросов Левада-Центра, многие россияне разочаровались во власти, считают, что она ими манипулирует, а законы и суд —  лишь оформление административного произвола. Конституция особой роли не играет. Но эти настроения не означают, что пришло время перемен. Да, россияне понимают, что правящая бюрократия действует в корыстных интересах и собирает с них дань в разных формах. При этом большинство считает: пусть уж лучше будет такая власть, чем революция с ее жертвами. Кремль этот цинизм устраивает, ему достаточно пассивного согласия населения. И «верхи», и «низы» понимают друг друга, менять систему не желают.
Разговор в электричке
25 МАРТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Вам не кажется, что при обнулении президентских сроков мы по сути  возвращаемся к монархии? Что очередная попытка установить в России республиканскую форму правления опять закончилась неудачей? Ну какая разница между императором и пожизненным президентом с фактически неограниченными полномочиями?
Куда ведет нас культура насилия?
25 МАРТА 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Как показали опросы, подавляющее большинство россиян из выступления Путина перед Федеральным собранием запомнило по материалам  СМИ не его предложения по реформе Конституции, а  лишь  уход Медведева с поста премьера,  к реформе не относящийся. Иными словами, наши современники воспринимают действующую Конституцию так же, как их предки оценивали «самую демократичную в мире» Конституцию СССР — бумажка, к реальной  жизни отношения не имеющая. 
Какова роль ментальности россиян?
20 МАРТА 2020 // ДМИТРИЙ ТРАВИН
Сорок лет назад, осенью 1978 г. я поступил в Ленинградский университет. Попал на вечернее отделение экономического факультета, поскольку при попытке поступить на дневное меня завалили на сочинении. Не умел я, как выяснилось, сочинять. Учеба на вечернем отделении предполагала обязательность работы в дневное время. Многие студенты-вечерники изыскивали тогда возможность устроиться на интеллигентную работу – библиотекаря или кафедрального лаборанта. Я же попал в слесари. На ТЭЦ №7 Василеостровского района. В цех контрольно-измерительных приборов и автоматики.
Средневековая мораль – препятствие развитию
13 МАРТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В своей последней статье в «Ежедневном журнале»[i] Сергей Магарил обращает внимание на важность уровня образования представителей властной элиты. Согласимся, что малообразованным чиновникам и простым людям вряд ли удастся создать высокоэффективные экономику и институты государства, подобные шведским или японским. Скажется недостаток знаний в сфере технических и социальных наук. Но авторитарные правители отсталых стран, их министры обычно принимают решения, исходя из своей морали, то есть представления о «хорошем» и «плохом», «правильном» и «неправильном», о возможности реализовать собственные интересы.
Уровень образованности — условие перехода количества в качество
3 МАРТА 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Памяти Сергея Магарила Закон перехода количества в качество — один из общих законов развития природы, человеческого общества и мышления. Постепенное накопление количественных изменений приводит к скачкообразному переходу к новому качеству. Рассмотрим это на примере числа квалифицированных, образованных россиян и качества социально-экономических отношений в России.
Какое государство изволите?
2 МАРТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
  Признание того, что в России построено корпоративное государство, сформировался государственно-монополистический «капитализм для своих» («кронизм»), стало общим местом. Но дискуссии на эту тему продолжаются. Внесем в них свою лепту. Общепризнанного определения государства нет. Считается, что это политическое и культурное сообщество людей, проживающих на определенной территории (зачастую ее называют страной).